В небольшой келье Раифского Богородицкого мужского монастыря есть все для жизни и работы. Это некий симбиоз рабочего кабинета, спальни, кухни, библиотеки. В красном углу, как и положено, иконостас. А на стене — военный китель с наградами.
Схиигумен Сергий (Златоустов) вспоминает о себе и войне. Движения неторопливы, каждое слово — на вес золота. Говорит приглушенно и размеренно:
— Великая Отечественная война — наказание России за безбожные годы. Но парадокс: именно в это время число верующих увеличилось. Крестики носить запрещали, многие прикрепляли их к карману гимнастерки. В церкви на Арском кладбище, единственной в военной Казани, было не протолкнуться...
— Отец Сергий, вы помните начало войны?
— 21 июня 41-го у нас был выпускной вечер, гуляли до четырех утра, — поправляя окладистую бороду, вспоминает священник. — Радио не слушали, потому о начале войны не знали. На следующий день договорились встретиться в Ленинском садике. Какое там! Все одноклассники пошли на медкомиссию. Там выяснилось, что я не годен к строевой службе по зрению. И тогда меня решили забросить в немецкий тыл...
Сергей Златоустов, закончивший с отличием школу, чуть ли не в совершенстве владел немецким. Но к фашистам Златоустова не забросили. «Вы хоть представляете, как он прыгнет с парашютом? Очки разобьет, как будет ориентироваться?» — спросил генерал.
Так закрылись двери на фронт и в разведку, но открылись в Казанский авиационный институт. Учебу пришлось совмещать с работой в тылу. А вскоре Сергей ушел в связисты войск ПВО, защищавших небо над Казанью. Так бы он и служил рядовым в противовоздушной обороне, если бы во время великого перелома Сталин не издал приказ о возвращении студентов в технические вузы.
— В КАИ в 1944-45-х годах у нас преподавали асы ракетостроения — Сергей Павлович Королев и Виктор Петрович Глушко, — продолжает схиигумен. — Они числились в бериевской «шарашке» для врагов народа. В итоге ученые мирового уровня, ставшие зэками, учили студентов!
— Каким для Вас выло 9 мая 1945-то?
— С утра меня разбудили оглушительные крики и стрельба. Никогда в жизни я не видел такого народного ликования!
Затем началась послевоенная жизнь. Способный ученик Королева и Глушко — Сергей Златоустов стал профессором, занимался разработками обеспечения жизнедеятельности космонавтов. Четверть века заведовал кафедрой приборов и автоматов летательных аппаратов КАИ. 15 лет был деканом третьего факультета. А в 60 лет, пережив клиническую смерть, обратился к Богу:
— Любил я порыбачить, — рассказывает отец Сергий, — как-то после удачной ловли остался переночевать в домике в Боровом Матюшино. Проснулся от сильной боли в сердце. Потом — кромешная тьма. И вдруг понимаю, что душа наблюдает за телом откуда-то сверху. И вот она уже летит к далекому свету. Мелькнула мысль: «Я ж председатель ученого совета института, завтра заседание, а со мной такое приключение!» Но чем ближе приближался к свету, тем больше осознавал, что не достоин Бога. В какой-то момент взмолился: «Господи, прости мои грехи и верни на землю, чтобы я смог тебе служить...»
В 1990 году, в возрасте 67 лет профессор Златоустов был пострижен в монахи Раифского мужского монастыря с именем Филарет, а в 2006 году принял Великую схиму с именем Сергий...
