После окончания техникума я работала в Ижевске. Почти каждые выходные ездила домой в деревню зимой и летом. В пятницу после работы садилась в поезд и приезжала на свою станцию около 10 часов вечера. Вернее это была не станция, а стоянка в чистом поле рядом с шоссе. Сначала мы все, сошедшие с поезда, шли вместе по шоссе. Затем потихоньку разбредались по своим деревням.
Зная, что мне идти дальше всех, я обычно сразу набирала скорость и, оторвавшись от попутчиков на первом же километре, шла одна всю дорогу — десять километров. Почему-то особенно запомнились зимние ходы. Наверное, потому, что зимой всегда больше препятствий: холод, пурга, заносы, хищные звери. Как ни странно нас ничего не останавливало, и мы с упорным постоянством ездили домой в любую погоду. Выросшие в деревне мы были привычными ко всему этому. Немного настораживало то, что в этих местах водились волки, кабаны, и ещё страшнее волков — одичавшие собаки.
Но у меня не было страха, иначе я бы и не ходила одна по ночным дорогам. Почему-то была полнейшая уверенность в том, что ничего плохого со мной случиться не может. «Обходите меня, звери хищные стороной, туда вам и дорога». Откуда была эта уверенность, не знаю. Молитв особо я тогда не знала, может быть знала «Отче наш», да и то не наизусть. Зато знала точно, что есть Бог, и что Он меня защитит в случае чего. Бывало, иду одна по полю — метель, на дорогах заносы, которые будут чистить только утром, перебираюсь через них и иду дальше.
Помню: в новогоднюю ночь выхожу из поезда, иду быстро, чтобы успеть до полуночи домой. Знаю, что там собираются встречать Новый год. Мороз, тихо, безветренно. Время поджимает, надо поторапливаться. На минутку останавливаюсь, прислушиваясь к Вечности. Ощущение необычное. Кто не бывал один в поле ночью, тот может и не поймёт. Кажется: вот она я и вот вся Вселенная предо мной — звёзды в небе, луна, вот Большая Медведица — ковш… Время останавливается. Кто я? Где я? Куда иду? Нет кругом ничего: ни волков, ни одичавших собак, ни мороза, ничего. Есть только я и Он, Который хранит меня везде.
