Позади ещё одна неделя, и мы готовимся к походу в храм. Сегодня вечером соберёмся всей Церковью — епископы, пресвитеры, народ Божий… Соберёмся в храмах, которыми, слава Господу, богата земля — и в Иерусалиме, и в Москве, и в Антверпене, и в Финиксе… На английском, на японском, на немецком и на русском зазвучат одни и те же молитвы. О чём они расскажут внимательным слушателям, что попытаются донести до православных сердец? Поговорим прямо сейчас.
Закхей, мытарь и фарисей, блудный сын
Во-первых, продолжается подготовка к Великому посту, это мы ощутили уже и необычной, «сплошной» седмицей, когда и в среду, и в пятницу не постились, и предыдущими двумя воскресными евангельскими чтениями. Напомним, была Неделя (воскресенье) о Закхее — это призыв возжелать всем разумом и всем сердцем Христа. Была Неделя о мытаре и фарисее — это напоминание о жизненной необходимости смирения. И вот завтра — Неделя о блудном сыне. О чём она?
Мы должны найти в себе блудного сына
Неделя о блудном сыне
Притчу Христа об отце, имении, двух братьях, разлуке и встрече мы помним хорошо (кто не помнит, прочтите Евангелие от Луки, 15:11-32). Завтра эту историю будет громогласно возглашать диакон на Литургии. Притча — о нас с вами. И если мы не понимаем её, то горе нам. Хоть чуть-чуть, хоть капельку, но мы должны найти в себе блудного сына. Мы должны искать его в своих сердцах, покрытых крепким слоем самодовольства и обустроенности, мы должны искать то ощущение, каким испокон веков живёт христианство, и спасение от которого находит в Церкви. Мы должны осознать, что незаметно для себя ушли «в страну далече», что питаемся вместе со свиньями из корыта, что забыли об Отце и не стремимся назад.
Для падшего человека естественно тосковать по Небу, искать повсюду Отчий дом, стремиться к потерянному раю. Мы причастились Тайн Христовых, мы чувствовали благодать Бога, мы не шли, а летели из храма, улыбаясь прохожим и солнечным лучам на снегу. Но вот день за днём, анекдот за анекдотом, лайк за лайком в соцсети, грешок за грешком — и мы уже далеко от Бога… И не это страшно, ибо Бог всегда рядом — протяни только руку — а страшно как раз то, что руку-то мы не тянем, привыкаем к свиной пище и не ищем уже Неба, и вечерние молитвы незаметно из разговора с Богом превращаем в «вычитывание правила». Так и говорим домашним: сейчас, я молитвы дочитаю, и потом чаю попьём…
«На реках вавилонских, там сидели мы и плакали»
Вот об этом притча. И не только притча. После полиелейных псалмов сегодня вечером мы услышим в храме песнь тоскующих евреев, депортированных Навуходоносором в «страну далече» — плен вавилонский. В переводе матушки Серафимы (Осоргиной) этот псалом за номером 136 звучит так: «На реках вавилонских, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе… Как нам петь песню Господню на земле чужой? Если я забуду тебя, Иерусалим, забудь меня, десница моя (моя правая рука со всей её ловкостью и хитростью). Пусть прилипнет язык мой к гортани моей, если я не буду помнить тебя, если не поставлю Иерусалима во главе веселия моего…».
136 псалом мы услышим ещё два раза — в оставшиеся субботы перед Великим постом. А вот после мы возьмём, как договаривались, посох покаяния в руки, и отправимся из плена на Родину. Этот-то переход, это путешествие к Пасхе и есть Великий пост.
Великий, Богослов и Златоуст
А пока, отправляясь вечером в храм, повторяйте про себя величание трём святителям, навсегда оставшимся в Церкви как пример ангельской чистоты, глубочайшего ума, неустанного доброделания и надмирной созерцательности. Сегодня мы будем вспоминать их, и радостно вместе с хором обращаться к этим трём духовным гигантам, жившим полторы тысячи лет назад: «Величаем вас, святителие Василие, Григорие и Иоанне, и чтим святую память вашу: вы бо молите за нас Христа Бога нашего».
…Позади ещё одна неделя, и мы готовимся к походу в храм. Сегодня вечером соберёмся всей Церковью — епископы, пресвитеры, народ Божий. А посреди нас — Господь.
Скажем друг другу: «Христос посреди нас!».
Ответим радостно: «И есть, и будет!».
